Сравнительно мало на свете людей, которые никогда не были в «Макдоналдсе».
«Макдоналдс» есть в Нью-Йорке и Петербурге, в Сингапуре и Кутаиси, КуалаЛумпуре и Токио, Уфе и Пярну. И если и существует нечто, что объединяет людей по всему миру, так это не только любовь к голливудским фильмам и ливерпульской четверке, но еще и то чувство, которое возникает, когда человек слышит фразу «Свободная касса!».
Виноватых в том, что я вышел из бизнеса и не осуществил свои большие планы, я не ищу где-то вовне. Надо искать причины прежде всего в себе.
В мае пришло время возвращать пятьсот тысяч кредитов, которые Федор взял осенью под личные гарантии у своих знакомых. Но молодой депутат Василий будто решил с ним поквитаться за эпизод с Эжвой, да и вообще за все хорошее, что было. Он заявил, что обещания Федора его не касаются, ведь Холдинг свои кредиты обратно еще не получил. Откуда такая избирательность в возврате денег?
По кредитам Холдинга, возразил Федор, компания исправно платила проценты, а пятьсот тысяч были краткосрочным займом. Да и не одному Холдингу должна была фирма – в кредиторах ходили и Андрей с Федором. И он не очень понимал, как человек с дипломом MBA может не понимать, что такое финансовый менеджмент и чем краткосрочный заем отличается от долгосрочного. Кроме того, осенью пятьсот тысяч пришлось занимать у знакомых прежде всего потому, что Федор пошел тогда Васе навстречу и выплатил досрочно два миллиона, обескровив собственный бизнес.
«А мне все равно, – ответил депутат. – Скажи, что нет денег».
И снова минус, и не только на градуснике. О рентабельности три процента, которая так изводила когда-то Федора, теперь можно было только мечтать. Второй год компания заканчивала в убытках, только сейчас все стало еще хуже.
Мировой кризис остался вроде бы позади, страна так и не рухнула в бездну. Но, несмотря на все усилия, вытащить компанию из долгов пока не удалось. При этом в бухгалтерии теперь копошились ревизоры партнеров. Пятая колонна перешла с прогулочного шага на строевой.
Федор отчаянно боролся с минусом и верил, что сможет выкарабкаться, надо только чуть-чуть подналечь. Он даже продал «Тойоту» и снова прокредитовал свою компанию, чтобы решить проблемы текущих платежей и увеличить товарные запасы. Он решил теперь не обращать внимания на проблемы с Холдингом и не ждать помощи от партнеров, а просто делать все, что возможно, чтобы спасти компанию. Он уже не мог привлечь новые инвестиции, но все еще мог эффективнее организовать работу фирмы.
– А на чем теперь на переговоры ездить? На трамвае? – Машина – это, конечно, выход на какое-то время, а дальше? Что пойдет с молотка следом?
В самый разгар боевых действий против «Ликора» Федору позвонил депутат Вася и попросил срочно вернуть кредит. Этот краткосрочный заем в два миллиона рублей Федор взял у Холдинга в начале лета под открытие «Карандаша», однако до формального срока платежа оставалось еще несколько месяцев. И хотя «Карандаш» штурмовали толпы покупателей, из-за кризиса в книжных магазинах выручка стремительно падала, особенно в регионах. Каждый день решался вопрос жизни и смерти всего бизнеса. Вытащить досрочно два миллиона из оборота было просто преступно.
К тому же Федор чувствовал, что в просьбе есть подвох. Заем по просьбе Папы выдавала компания, дружественная Холдингу, но формально не имеющая к нему никакого отношения. Однако Вася хотел, чтобы деньги ушли самому Холдингу, и обещал, что с реальным кредитором разберется сам. Таким образом, по документам книжный бизнес оставался бы должником.
Год назад Вася просил у Федора тоже два миллиона рублей и вернул на шесть месяцев позже, чем обещал. Когда покупали помещение мясокомбината, он говорил, что найдет пять миллионов к концу лета, чтобы заплатить аванс Андрею, но в самый последний момент позвонил Федору и сказал, что деньги найти не смог. Вспомнилась Федору и история про туфли для танцев.
Поэтому он слову Васи не верил. Но понимал, что нельзя делать бизнес без доверия. И он хотел доверять. Несмотря ни на что, у них было много общего, от уровня общей эрудиции до знания современной деловой терминологии. И справедливости ради стоит признать, что были ведь времена, когда у них складывались не такие уж и плохие отношения, даже при том, что Вася иногда пытался показать силу и дать понять, кто главный.
Нет такой радости, за которую потом не приходилось бы расплачиваться тоской, нет ничего хорошего, что при ближайшем бы чем-то малоприятным, и нет такой новой жизни, которая не вела бы к смерти. Начав борьбу с кризисом, предприниматель Федор Овчинников понял, что и в бизнесе точно так же нет ничего положительного и отрицательного, а взаимозависимостей. И невозможно выпутаться из этого переплетения – его можно лишь научиться наблюдать со всем мужеством, может вычерпать со дна своей души.
Еще когда Федор подписывал договор аренды на помещение на улице Чернова, он уже понимал, что после появления гипермаркета «Силу ума» придется закрыть. Для него это было сложное решение, и потому, что Федор прежде никогда не закрывал своих магазинов. Просто «Сила ума» занимала в его бизнесе
Именно с «Силы ума» все началось. Здесь не торговали барахлом, а продавали лучшие на свете книжки. Тут начинающий впервые сам встал за прилавок. Его личный блог в интернете, где он нередко делился с миром сокровенными мечтами и переживаниями, так и назывался – silauma.ru.
Но улица Чернова находилась совсем рядом с торговым центром, в котором два с половиной года назад открылась книжная лавка. Держать два магазина так близко друг от друга даже несмотря на то, что «Сила ума» по-прежнему приносила прибыль. Скудным ресурсам компании можно было найти Как бы ни хотел Федор сохранить «Силу ума», он должен был сказать себе «нет». Если только он и вправду всерьез усвоил уроки кризиса, он просто обязан был не поддаваться эмоциям, а поступать рационально.
Как в жизни художника или писателя самые прекрасные вещи появляются на свет порой не только во время, вследствие самых тяжелых периодов жизни, так и у бизнесмена самые лучшие проекты порой воплощаются в самые для бизнеса времена.
Положение предпринимателя Федора Овчинникова оказалось вполне безнадежно.
В новый год он влетел с кассовым разрывом рублей, непогашенным кредитом на пять миллионов, ненужным кредитом на пятнадцать, бесполезным помещением и падающей выручкой во не обанкротиться, требовалось за месяц-другой резко поднять оборот, причем в условиях кризисной реальности и падающего спроса.
Однако не удавалось и до кризиса, когда спрос хоть немного, да рос. К тому же после открытия Ухте и Усинске книжный бизнес Федора Овчинникова в Республике Коми достиг пределов: его магазины работали в региона, а в республиканской столице их было и вовсе четыре, считая первую «Силу ума» и «Книгу за книгой» в Эжве.
Это время, когда коррумпированная небесная канцелярия снова до самого город в субаренду облакам и осадкам. Это время, когда снова нужно мужество, чтобы хотя бы встать
Особенно если каждый новый день тебя ждет впереди не радость созидания и новых открытий, а изнуряющий труд и великие бедствия.
Но к своему удивлению, Федор обнаружил, что даже в той кромешной заднице, в которой он оказался из-за своих собственных ошибок и мировых катаклизмов, человек способен получать от жизни удовольствие.
Если и стоят над человеком высшие силы и если есть у нашей жизни незримые свидетели, то они, могут наблюдать жизнь человеческую без улыбки, и в большинстве случаев остается только уповать на то, чтобы эта улыбка была доброй и снисходительной.
Федор думал убедить Дегтярева отдать ему помещение в «Городе мастеров», показав бывшему боссу, что тот только выиграет, если предпочтет его «Топ-книге». А в это время Дегтярев меньше всего думал о своих выгодах. Глядя на своего бывшего подчиненного, Иван Владимирович думал: «Кто бы что ни говорил, раньше, может, иногда и было страшно, был открыт, а теперь молодым нужны неслабые мозги и нечеловеческая работоспособность. У Федора все это есть. душить талантливого человека, особенно если с ним вместе делали раньше общее дело?»
Иван Владимирович мог себе вообразить, как важно было Федору не пустить федералов в город. Ведь и сам он решился на авантюру с «Городом мастеров» что боялся: федералы придут в республику, откроют большие красивые супермаркеты, и он со своими маленькими магазинами просто разорится. Иван Дегтярев готовился к бою напрасно: враги не пришли.
«Ну заработаем мы на федералах три лишние копейки, – думал теперь он. – И что, кому от этого будет лучше? Не все ведь в этом мире измеряется деньгами, точно не все. Я родился не для того, чтобы, как акула, искать деньги, деньги, деньги». И тогда мечтатель Овчинникову: в «Городе мастеров» откроется твоя «Книга за книгой».
Наконец федералы пришли. «Топ-книга» нашла помещение в городе с двумя Ы, а «Топ-книга» – это была орда, тьма, это была катастрофа.
Это была крупнейшая в стране книжная компания. Основатель «Топ-книги» Георгий Лямин начал торговать книгами, когда Федор был еще школьником. Когда Федор ездил осенью на крупнейшую в стране книжную выставку, он даже сфотографировался с Ляминым. Для Федора сфотографироваться с Ляминым было все равно что для начинающего режиссера сфотографироваться с Тарантино.
«Топ-книга» поставляла литературу по всей стране, развивала несколько собственных книжных сетей во всех крупнейших городах, работала за рубежом. Что мог Федор Овчинников выставить против этой машины?
В декабре 2007 года оборот компании «Сила ума» превысил 2,5 миллиона рублей: 2006 года составил более 500 %. Мы закончили 2007 год лидерами книжного рынка Республики Коми.
Нельзя было придумать ничего глупее, чем открывать книжный магазин в Воркуте.
От Сыктывкара до Воркуты – почти тысяча километров. Это вдвое больше, чем до Кирова, и почти столько же, сколько до Москвы. Но до Москвы и до Кирова из Сыктывкара можно было доехать на машине. До Воркуты на машине добраться было нельзя.
Если человек хотел попасть в автомобиле, он должен был ехать триста километров до Ухты, а потом ставить машину на железнодорожную платформу ней на поезде.
И если в Кирове жило почти полмиллиона человек, в Москве пятнадцать миллионов, то в всего семьдесят тысяч жителей, причем не студентов и интеллигентов, а шахтеров и работяг, и каждый год Советского Союза их становилось все меньше, потому что не так-то много людей хотели жить всего в от Северного Ледовитого океана.
В биографии великого американского коммерсанта Сэма Уолтона можно найти немало вдохновляющих примеров для подражания. Он добился небывалого трезвому взгляду на действительность, завидной изобретательности и безграничному усердию.
Чтобы купить для магазина дамские трусы подешевле, Сэм Уолтон мотался на своем грузовичке с самодельным прицепом через два штата. Чтобы изучить технологии работы крупных компаний, проникал под видом мелкого торговца. Чтобы вдохновить своих сотрудников, заключал с ними рискованные пари. А если проигрывал, рубаху и юбку, шел на Уолл-стрит танцевать в таком виде посреди улицы на потеху публике.
Уолтон начинал магазина в американском захолустье, но прощальную симфонию жизни этот деятельный чудак слушал владельцем огромной торговой империи WalMart и одним из самых богатых людей Америки.
Когда он умер, под вывеской WalMart работали многие сотни магазинов по всей стране, а сама сеть WalMart стала таким же символом Америки, как Диснейленд и «Макдоналдс». Автобиография великого американского предпринимателя, этом, что после того, как Сэм Уолтон открыл свой первый магазин, он проработал в нем семь лет, прежде чем ему удалось открыть второй.
Когда Федор вернулся в город с двумя Ы и пришел в свой магазин, он обнаружил, что за время его отсутствия в «Силе ума» многое изменилось. На полках зияли пустоты, а лучшие книги лежали на складе – вместо того чтобы стоять на самых видных местах.
Складом Федор называл подсобку, отгороженную от остального магазина перегородкой. То было всего-то распаковать привезенные бестселлеры и расставить их тут же на места.
Федор экономил каждый рубль, чтобы книг, поднимать продажи. Федор понимал, что бизнес, созданный без капитала, должен быть сверхэффективным. Но такое отношение делало его усилия бессмысленными: о какой сверхэффективности могла идти речь, когда продавцы забывали выставить на полки самые нужные читателю книжки?
То есть прежде чем построить в городе с двумя Ы другую жизнь, предпринимателю новой эпохи сначала предстояло старыми проблемами. Такими как лень, безответственность, равнодушие, зависть и авось.
